Китайский блокнот
Встречая другого дракона
О том, чему дипломат может научиться у дракона, – в эссе доктора политических наук, Чрезвычайного и Полномочного Посла Таджикистана в КНР (2005–2015), экс генерального секретаря ШОС, профессора Академии государственного управления при президенте Таджикистана Рашида Алимова.
«Иногда, чтобы понять мир, достаточно встретить другого дракона».
Мифы, как и деревья, пускают корни в глубине времени. Они переживают государства и империи, войны и смену эпох, продолжая жить в памяти народов. Из поколения в поколение люди передают истории, в которых отражаются их страхи, надежды и представления о силе. Со временем эти образы становятся настолько естественной частью сознания, что мы редко задумываемся, откуда они пришли. Дракон – один из таких древних символов. На протяжении веков он живёт в легендах разных народов, но его облик далеко не везде одинаков.
В европейской традиции дракон почти всегда выходит из тьмы. Он появляется из глубины пещер или из клубов дыма, словно воплощение самой опасности. Его крылья заслоняют небо, дыхание превращается в огонь, а под когтями рушатся стены городов. Он сторожит сокровища, добытые не трудом, а силой. И потому герой европейской легенды почти всегда идёт к дракону с мечом. Победа над ним означает торжество порядка над хаосом, света – над тьмой.
Долгое время и для меня дракон существовал именно в этом грозном облике. Как и многие люди, знакомые с европейскими сказками и преданиями, я воспринимал его как воплощение разрушительной стихии. Так было до тех пор, пока судьба на заре XXI века не привела меня в Китай. Там я впервые встретил другого дракона. И это была одна из самых неожиданных встреч в моей жизни.
Моё первое знакомство с китайским драконом произошло не в книге и не в музее. Я увидел его на крышах старых пекинских храмов. Поднимая взгляд вверх, замечаешь, как по изогнутым карнизам, словно по гребням каменных волн, тянется вереница фантастических существ. Их тела извиваются среди облаков, пасти раскрыты, а чешуя вспыхивает на солнце мягким золотым светом. Кажется, будто они только что вышли из утреннего пекинского тумана и, задержавшись на мгновение над городом, готовы продолжить свой путь в небо.
Поначалу это удивляет. Дракон здесь не прячется в тёмной пещере и не угрожает людям. Он не охраняет сокровища и не ждёт героя, который придёт его победить. Напротив, он словно парит над городом – спокойно и величественно, как хранитель пространства. Со временем начинаешь замечать, что в Пекине дракон присутствует почти повсюду. Его изображения встречаются на старинных дворцовых воротах, на каменных барельефах и в узорах императорских одежд. Он появляется в орнаментах храмов, в резьбе старых павильонов, в народных праздниках и торжественных церемониях.
Особенно ясно это ощущаешь во время празднования китайского Нового года по лунному календарю. Вечером улицы наполняются светом красных фонарей, и среди праздничной толпы вдруг возникает длинное извивающееся тело дракона. Десятки людей легко несут его на высоких шестах, и он словно плывёт над головами, плавно поднимаясь и опускаясь в такт барабанам. Люди встречают его не со страхом, а с радостью и ликованием. И тогда впервые ловишь себя на мысли, что перед тобой существо совсем иной природы. Возможно, именно поэтому китайский дракон почти никогда не появляется один – он всегда возникает среди людей.
Подлинный смысл китайского дракона открывается не сразу. Сначала видишь лишь его стремительное тело – длинное и гибкое, словно плывущее между облаками. Но стоит присмотреться внимательнее, и постепенно замечаешь удивительную деталь: это существо словно соткано из разных созданий природы. Голова у него напоминает верблюжью, рога – оленьи, шея и тело – змеиные, глаза – как у зайца, уши – бычьи. Туловище покрыто чешуёй золотого карпа, живот напоминает лягушачий, а тигриные лапы заканчиваются острыми когтями орла. Когда привыкаешь к этому необычному облику, понимаешь: перед тобой не одно существо. Перед тобой – целый мир.
В европейском воображении дракон часто воплощает хаос и разрушение. Китайский же дракон словно создан из самой природы. В его теле соединились земля и вода, звери и птицы, облака и ветер. Он объединяет то, что в обычной жизни существует порознь. Древняя китайская мудрость гласит: «Благородный человек ищет согласие, но не одинаковость». В этой мысли, приписываемой Конфуцию, угадывается сама природа дракона – соединять различия, не стирая их.
Китайский дракон не властвует над миром – он выражает его равновесие. Он управляет дождём и ветрами, поднимается из озёр и исчезает в облаках, связывая небо и землю. Не случайно на протяжении веков он стал символом благополучия, силы и удачи. Особенно ясно это ощущаешь, глядя на древние изображения в императорских дворцах Пекина, например, на знаменитой Стене девяти драконов в Запретном городе. Девять огромных драконов словно плывут по волнам глазурованной плитки, извиваясь среди облаков и морской пены. Они не сражаются друг с другом. Они движутся в едином ритме – будто поддерживая порядок мира.
И тогда понимаешь ещё одну важную вещь. Существо, созданное из стольких разных начал, не может быть символом разрушения. Оно скорее напоминает о способности мира соединять различия, не уничтожая их.
В древнем Китае дракон считался небесным покровителем императора. Не случайно правителя Поднебесной называли «сыном неба», а его трон – «драконовым». В этом образе соединились представления о власти, ответственности и равновесии, которое должен был поддерживать правитель. Императорские одежды украшали золотые драконы, а дворцовые залы и ворота покрывались их изображениями. В этих символах заключалась простая, но глубокая мысль: власть должна быть подобна дракону – сильной, но не разрушительной, способной удерживать баланс между различными силами. Именно поэтому дракон в китайской культуре почти никогда не изображается в момент схватки. Он не нападает и не уничтожает. Чаще всего он парит среди облаков или поднимается над волнами, словно управляя стихиями, но не подчиняя их себе силой.
Когда смотришь на китайского дракона, постепенно ловишь себя на мысли: в его образе отражается и философия дипломатии. В современном мире разные цивилизации иногда напоминают двух драконов из древних легенд. Один привык побеждать в схватке, другой – искать равновесие среди облаков. И чем сложнее становится мир, тем очевиднее: устойчивый порядок рождается не только из силы, но и из способности удерживать баланс. Прямое столкновение редко приносит долгосрочный результат. Гораздо важнее умение постепенно выстраивать доверие, создавая пространство для сотрудничества.
История показывает: подлинная сила дипломатии проявляется не в угрозах, а в терпении, в способности соединять интересы и находить общий путь там, где сначала видны только различия. Как однажды заметил Лао-цзы: «Мягкое и слабое побеждает твёрдое и сильное». В дипломатии эта древняя мысль звучит особенно современно.
Стоя между легендой и реальностью, вдруг начинаешь понимать: дракон – это не просто миф. Это зеркало, в котором разные цивилизации отражают собственное понимание силы. Мир во многом устроен так же. Он состоит из множества культур, интересов и историй. Его устойчивость зависит от того, способны ли они двигаться вместе, не уничтожая друг друга. Мир, как дракон, живёт не в мгновении схватки, а в долгом движении равновесия. Его сила проявляется не только в огне, но и в тихом дожде, который питает землю.
Иногда, чтобы лучше понять этот мир, действительно достаточно одной неожиданной встречи. Например – встречи с другим драконом.
Рашид Алимов
Иллюстрация: «Евразия сегодня», Midjourney
https://eurasia.today/actual/kitayskiy-bloknot-vstrechaya-drugogo-drakona/
中国随笔
邂逅另一种龙
关于外交官能从龙身上学到什么
作者：拉希德·阿利莫夫教授，政治学博士
塔吉克斯坦驻华特命全权大使（2005-2015年），上合组织前秘书长（2016-2018年）
有时，理解世界只需邂逅另一种龙
神话如树，根植于时光深处。它们穿越王朝更迭、战火纷飞与时代变迁，在民族记忆中生生不息。一代代人传递着这些故事，其中折射着恐惧、希望与对力量的想象。久而久之，这些意象成为意识中浑然天成的存在，鲜有人追问其起源。龙，正是这样的古老符号。千百年来，它栖居于不同民族的传说中，却从未以单一形象示人。
在欧洲传统里，龙几乎总从黑暗中现身。它自洞穴深处或浓烟中腾跃而出，仿佛危险本身具象化。双翼遮蔽天空，吐息化作烈焰，利爪之下城垣崩塌。它守卫着不劳而获的宝藏，于是欧洲英雄总执剑而来。战胜它意味着秩序战胜混沌，光明战胜黑暗。
长久以来，龙在我心中正是这般可怖形象。与众多熟稔欧洲童话传说者一样，我视其为毁灭性自然力的化身。直至21世纪初，命运将我带至中国，我才首次邂逅另一种龙 – 那是我生命中最意外的相遇之一。
我与中国龙的初遇不在典籍，亦非博物馆，而是在北京古寺的飞檐之上。仰首望去，只见一列奇幻生灵沿蜿蜒屋脊游走，恍若踏着石浪波峰。它们身躯盘旋于云间，巨口微张，鳞片在阳光下泛着柔和金光。仿佛刚从晨雾中腾空，悬停于城市上空片刻，便要继续直冲云霄。
初时颇感诧异：这里的龙不蛰伏于阴暗洞穴，亦不威胁人类。它不守护宝藏，亦不等待英雄来征服。相反，它如守护空间的使者，平静而威严地盘旋于城市上空。渐而发现，龙的身影几乎遍布北京：古宫殿门扉、石刻浮雕、龙袍纹样、庙宇装饰、老亭榭的雕花、民间节庆与盛典仪式……
这种感受在农历春节庆典中尤为强烈。暮色中，街道缀满红灯笼，人群中突然现出一条蜿蜒长龙。数十人高举长杆轻托其身，它便随鼓点起伏，似在人群头顶游弋。人们以喜悦与欢呼相迎，而非恐惧。那一刻我恍然：这生灵有着截然不同的本质。或许正因如此，中国龙从不独现 – 它总与人群同在。
中国龙的真谛并非一目了然。初看只见其迅捷身姿 – 修长灵动，如游云间。但凝神细观，便会发现惊人细节：这生灵似由自然万物融合而成。驼首、鹿角、蛇颈、兔目、牛耳、鲤鳞、蛙腹、虎掌、鹰爪，当习惯这奇异形象后，方悟：眼前非单一生灵，而是一整个世界。
在欧洲想象中，龙常象征混沌与毁灭；中国龙却似由自然本身孕育。其身融合大地与流水、走兽与飞禽、云与风，将寻常生命中分离的存在联结一体。子曰：”君子和而不同”，这句古老智慧恰暗合龙的本质 – 联结差异，而非抹杀。
中国龙不主宰世界，它彰显世界的平衡。它掌管风雨，自湖泽腾空又隐入云端，连接天地。无怪千百年来，它成为福祉、力量与祥瑞的象征。这一点在凝视北京故宫的古老图像时尤为清晰 – 譬如紫禁城中那面著名的“九龙壁”。九条巨龙似在琉璃砖的波涛间游弋，蜿蜒于云海与浪花之间。它们并非彼此争斗，而是以同一节奏律动 – 仿佛在维系世界的秩序。
此刻方悟另一重真谛：由如此多元本质凝聚而成的生灵，绝不可能成为毁灭的象征。它更像在昭示世界的联结之力 – 将差异融为一体，而非将其抹杀。
在古代中国，龙被视为皇帝的天命护佑。无怪“天朝”统治者被称为“真龙天子”，其御座称为“龙椅”。这一意象融合了权力、责任与统治者须维系的平衡。帝王龙袍缀满金龙，宫殿厅堂与门扉皆绘龙纹。这些符号传递着朴素而深刻的哲理：权力当如龙 – 强而有力，却不具破坏性，能在多元力量间维系平衡。正因如此，中国文化中的龙几乎从未呈现于争斗瞬间。它不攻击，不毁灭，更多是翱翔于云端或腾跃于浪尖，仿佛驾驭自然之力，却非以武力征服。
凝视中国龙时，会逐渐意识到：其形象亦折射出外交哲学。在当今世界，不同文明有时恰似古老传说中的两条龙 – 一条惯于争斗制胜，另一条则寻求云端平衡。而世界愈复杂，愈显明晰：持久秩序的建立不仅依赖力量，更取决于维系平衡的能力。直接对抗鲜能带来长远结果，更关键的是逐步构建信任，为合作创造空间。
历史证明：外交的真谛不在于威胁，而在于耐心 – 在差异初现时便联结利益、寻求共途。正如老子所言：“弱之胜强，柔之胜刚。”这句古老智慧在外交语境中尤为契合当下。
立于传说与现实之间，蓦然领悟：龙不仅是神话。它是面镜子，映照着不同文明对力量的理解。世界亦复如是 – 它由多元文化、利益与历史交织而成。世界的稳固取决于能否共行而不相灭。世界如龙，不存于争斗的刹那，而在平衡的长途中。它的力量不仅显于烈焰，更在于润泽大地的静雨。
有时，理解这个世界，只需一场意外的相遇 – 譬如，与另一种龙的邂逅。
拉希德·阿利莫夫
插图： “Eurasia today”, Midjourney
中文翻译：Olia Liu
原文链接：https://eurasia.today/actual/kitayskiy-bloknot-vstrechaya-drugogo-drakona/